The Adventure of the Speckled Band Пёстрая лента

I have here my notes of seventy odd cases. For the last eight years I watched my friend Sherlock Holmes at work. Some of those cases are sad. Some are funny. A great many of them are simply strange. But not one of them is ordinary.

Передо мной мои записи о семидесяти с лишним делах. Восемь лет я наблюдал за работой моего друга Шерлока Холмса. Некоторые из этих дел печальны, некоторые смешны, очень многие просто странны. Но обычного нет среди них ни одного.

Holmes worked for the love of his art, not for money. He never took a plain, dull case. He wanted the unusual, and even the fantastic. A case had to be strange before he would give it an hour of his time.

Холмс работал из любви к своему искусству, а не ради денег. Он никогда не брал простого, скучного дела: ему нужно было необычное и даже невероятное. Дело должно было быть странным, иначе он не отдал бы ему и часа своего времени.

Of all those different cases I can think of none stranger than this one. Not one of the others had features like these. It belongs to the well-known Surrey family of the Roylotts of Stoke Moran. Everybody in that county knows the name.

Из всех этих несхожих дел я не припомню ни одного более странного, чем это. Ни у одного из прочих не было таких черт. Оно связано с известной в Суррее семьёй Ройлоттов из Сток-Морана; это имя знает в графстве каждый.

It happened in the early days of our friendship. We were two young men then, sharing rooms in Baker Street. I wanted to write the story down long ago. But at the time I gave a promise to say nothing, and I kept it. Then, last month, the lady died. The promise died with her, and now I am free to speak.

Случилось это в первые дни нашей дружбы. Мы были тогда двумя молодыми людьми и снимали вместе комнаты на Бейкер-стрит. Я давно хотел записать эту историю, но тогда я дал слово молчать и сдержал его. Потом, в прошлом месяце, эта дама умерла. Обещание умерло вместе с ней, и теперь я волен говорить.

Perhaps it is as well that the truth comes out now. People still tell stories about the death of Dr. Grimesby Roylott. Those stories make the thing more terrible than it really was. And the truth is terrible enough.

Пожалуй, и хорошо, что правда выходит наружу теперь. О смерти доктора Гримсби Ройлотта до сих пор рассказывают истории, и эти рассказы делают дело страшнее, чем оно было на самом деле. А правда и без того страшна.

It was early in April in the year ’83. I woke one morning and found Sherlock Holmes standing by my bed. He was fully dressed.

Было это в начале апреля 83-го года. Однажды утром я проснулся и увидел, что у моей кровати стоит Шерлок Холмс. Он был полностью одет.

As a rule he got up late. The clock on the mantelpiece said a quarter-past seven. I blinked up at him in surprise, and perhaps with a little anger too. I keep regular hours myself.

Как правило, он вставал поздно. Часы на каминной полке показывали четверть восьмого. Я моргал, глядя на него снизу вверх, с удивлением и, может быть, с некоторой злостью: сам я живу по часам.

“Very sorry to knock you up, Watson,” said he. “But it is the same for everybody this morning. Somebody knocked up Mrs. Hudson. She woke me, and now I wake you.”

— Очень жаль будить вас, Ватсон, — сказал он. — Но сегодня утром так со всеми. Кто-то разбудил миссис Хадсон. Она разбудила меня, а теперь я бужу вас.

“What is it, then—a fire?”

— Что же случилось — пожар?

“No, a client. A young lady has arrived, and she is in a great state of excitement. She will not go away until she sees me. She is waiting now in the sitting-room.

— Нет, клиентка. Приехала молодая дама, и она в сильном волнении. Она не уйдёт, пока не увидит меня. Сейчас она ждёт в гостиной.

“Young ladies do not walk about London at this hour. They do not knock sleepy people out of their beds. Not unless they have something very pressing to say. This may be an interesting case. If it is, you will want to follow it from the start. So I called you and gave you the chance.”

— Молодые дамы не разгуливают по Лондону в такой час и не поднимают сонных людей с постели. Разве что им нужно сказать что-то очень срочное. Дело может оказаться интересным, а если так, вы захотите следить за ним с самого начала. Поэтому я позвал вас и дал вам эту возможность.

“My dear fellow, I would not miss it for anything.”

— Дорогой друг, я не упустил бы этого ни за что.