The Minister’s Black Veil Чёрная вуаль священника

The sexton stood in the porch of Milford meeting-house, the village church. He was pulling hard at the bell-rope. The old people of the village came along the street. They walked slowly, with bent backs. Children with bright faces came with them. Some skipped happily beside their parents. Others walked slowly and seriously, proud of their Sunday clothes.

Пономарь стоял на крыльце милфордского молитвенного дома, здешней церкви. Он усердно тянул за верёвку колокола. Старики селения шли по улице. Они шли медленно, сгорбив спины. С ними шли дети с сияющими лицами. Одни весело бежали вприпрыжку рядом с родителями. Другие шли медленно и степенно, гордясь своей воскресной одеждой.

Smart young men looked sideways at the pretty girls. They thought that the Sabbath sunshine made the girls prettier than on weekdays.

Щеголеватые молодые люди искоса поглядывали на хорошеньких девушек. Они думали, что воскресное солнце делает девушек красивее, чем в будни.

Soon most of the crowd was inside the porch. Then the sexton began to ring the bell slowly. He kept his eye on the Reverend Mr. Hooper’s door. The first sight of the minister was the signal for the bell to stop.

Вскоре большая часть толпы была уже на крыльце. Тогда пономарь начал медленно звонить в колокол. Он не сводил глаз с двери преподобного мистера Хупера. Первое же появление священника было сигналом колоколу умолкнуть.

“But what has good Parson Hooper got on his face?” cried the sexton in great surprise.

— Но что это у доброго пастора Хупера на лице? — воскликнул пономарь в великом удивлении.

Everyone who heard him turned around at once. They saw what looked like Mr. Hooper. He walked slowly toward the meeting-house, full of his own thoughts. They all jumped with surprise at the same moment. Even a stranger in Mr. Hooper’s pulpit could not surprise them more.

Все, кто его слышал, тотчас обернулись. Они увидели подобие мистера Хупера. Он медленно шёл к молитвенному дому, погружённый в свои мысли. Все они в один и тот же миг вздрогнули от удивления. Даже чужой человек на кафедре мистера Хупера не удивил бы их сильнее.

“Are you sure it is our parson?” Goodman Gray asked the sexton.

— Ты уверен, что это наш пастор? — спросил Гудмен Грей у пономаря.

“It is good Mr. Hooper, I am sure of it,” answered the sexton. “He and Parson Shute of Westbury wanted to change places today. But yesterday Parson Shute sent word that he could not come. He has to preach a funeral sermon.”

— Это добрый мистер Хупер, я в этом уверен, — ответил пономарь. — Он и пастор Шют из Уэстбери хотели сегодня поменяться местами. Но вчера пастор Шют прислал сказать, что не сможет прийти. Ему надо читать надгробную проповедь.

The cause of all this surprise may seem small enough. Mr. Hooper was a gentleman of about thirty. He was still not married. But he was dressed as neatly as a minister must be. His white collar was clean and stiff, like the work of a careful wife. There was no dust of the week on his Sunday clothes.

Причина всего этого удивления может показаться довольно незначительной. Мистер Хупер был джентльменом лет тридцати. Он всё ещё не был женат. Но одет он был так опрятно, как подобает священнику. Его белый воротничок был чистым и жёстким, словно это работа заботливой жены. На его воскресной одежде не было недельной пыли.

There was only one strange thing about him. Mr. Hooper had on a black veil. It was tied around his forehead and hung down over his face, so low that his breath shook it.

Лишь одно было в нём странно. На мистере Хупере была чёрная вуаль. Она была повязана вокруг лба и свисала на лицо так низко, что её колебало его дыхание.

Then he came nearer, and people saw more. It was two folds of crape, a thin black cloth. It hid his whole face except the mouth and chin. But he could probably still see through it. It only made everything look darker to him, people and things alike.

Потом он подошёл ближе, и люди разглядели больше. Это были два слоя крепа, тонкой чёрной ткани. Она скрывала всё его лицо, кроме рта и подбородка. Но видеть сквозь неё он, вероятно, всё же мог. Из-за неё всё лишь казалось ему темнее — и люди, и вещи.

With this dark shade before his eyes, good Mr. Hooper walked on. He walked slowly and quietly. He bent forward a little and looked at the ground, like a man deep in thought. But he nodded kindly to the people who still waited on the meeting-house steps. They were full of wonder. Hardly anyone nodded back.

С этой тёмной тенью перед глазами добрый мистер Хупер шёл вперёд. Он шёл медленно и тихо. Он немного наклонялся вперёд и глядел в землю, как человек, погружённый в глубокое раздумье. Но он приветливо кивал людям, которые ещё ждали на ступенях молитвенного дома. Они были полны изумления. Почти никто не кивнул в ответ.