The Outcasts of Poker Flat Изгнанники Покер-Флета

On the morning of the 23rd of November, 1850, Mr. John Oakhurst, gambler, stepped into the main street of Poker Flat. At once he felt a change in the moral air of the town. It was not there the night before.

Утром 23 ноября 1850 года мистер Джон Оукхерст, игрок, ступил на главную улицу Покер-Флэта. Он сразу почувствовал перемену в нравственной атмосфере города. Накануне вечером её не было.

Two or three men were talking seriously together. When he came near, they stopped and looked at each other. Their looks meant something. The street was quiet, like on a Sunday. But this town did not keep Sundays, so the quiet was a bad sign.

Двое-трое мужчин о чём-то серьёзно беседовали. Когда он приблизился, они умолкли и посмотрели друг на друга. Их взгляды что-то значили. На улице было тихо, как в воскресенье. Но этот город воскресений не соблюдал, так что тишина была дурным знаком.

Mr. Oakhurst’s calm, handsome face showed little interest in these signs. Did he know of any reason for them? That was another question.

Спокойное, красивое лицо мистера Оукхерста выказало мало интереса к этим приметам. Знал ли он какую-нибудь причину для них? Это вопрос другой.

“I reckon they’re after somebody,” he thought. “Maybe it’s me.”

— Сдаётся мне, они за кем-то охотятся, — подумал он. — Может быть, за мной.

With his handkerchief he was brushing the red dust of Poker Flat from his neat boots. Now he put the handkerchief back in his pocket. And he quietly sent every other thought about the matter out of his mind.

Платком он смахивал красную пыль Покер-Флэта со своих опрятных сапог. Теперь он положил платок обратно в карман. И он тихо выбросил из головы всякую другую мысль об этом деле.

In fact, Poker Flat was “after somebody.” Not long before, it lost several thousand dollars, two good horses, and an important citizen. So now the town suddenly wanted very much to be good. And its new goodness was just as wild and lawless as the crimes that started it.

Покер-Флэт и в самом деле «за кем-то охотился». Незадолго до этого он потерял несколько тысяч долларов, двух хороших лошадей и одного важного гражданина. И вот теперь город вдруг очень захотел быть добродетельным. И его новая добродетель была такой же дикой и беззаконной, как преступления, с которых она началась.

A secret committee decided to clear the town of all improper persons. Two men left the town forever: they were now hanging from a tree in the gulch. Some other people had to leave for a time. The town sent them away.

Тайный комитет решил очистить город от всех неподобающих лиц. Двое покинули город навсегда: теперь они висели на дереве в ущелье. Некоторым другим пришлось уйти на время. Город их выслал.

I am sorry to say that some of them were ladies. But I must be fair to the ladies: their fault was only their profession. Poker Flat judged only the evil that was easy to see.

С сожалением должен сказать, что среди них были и дамы. Но я должен быть справедлив к дамам: вся их вина была только в их ремесле. Покер-Флэт судил только то зло, которое легко увидеть.

Mr. Oakhurst was right: he was one of these persons. A few men of the committee even wanted to hang him. That would be an example for others. It was also a sure way to take back from his pockets the money that he won from them.

Мистер Оукхерст был прав: он был одним из этих лиц. Кое-кто в комитете даже хотел его повесить. Это стало бы назиданием для других. К тому же это был верный способ забрать из его карманов деньги, которые он у них выиграл.

“It’s against justice,” said Jim Wheeler. “This young man from Roaring Camp is a stranger here. Why should he carry away our money?”

— Это против справедливости, — сказал Джим Уилер. — Этот молодой человек из Ревущего Стана здесь чужой. С какой стати он унесёт наши деньги?

But some men of the committee once won money from Mr. Oakhurst. They had a rough feeling that hanging him was not fair, and they said no.

Но некоторые люди из комитета когда-то выиграли деньги у мистера Оукхерста. У них было грубое чувство, что вешать его несправедливо, и они сказали «нет».

Mr. Oakhurst heard the decision of his judges calmly, like a philosopher. He knew that his judges did not agree about him at first. He was no less cool for that. He was a gambler, and a gambler accepts his fate. To him life was an uncertain game. And he knew that the dealer usually wins.

Мистер Оукхерст выслушал решение своих судей спокойно, как философ. Он знал, что сначала его судьи не сошлись во мнениях о нём. От этого он был ничуть не менее хладнокровен. Он был игрок, а игрок принимает свою судьбу. Жизнь для него была игрой с неверным исходом. И он знал, что банкомёт обычно выигрывает.