A Little Cloud Облачко

Eight years before, he said goodbye to his friend at the North Wall, where the ships left. He wished him a good journey. Gallaher was a success now. You could tell that at once. He had the look of a man who knew the world, a well-cut tweed suit and a fearless accent.

Восемь лет назад он простился с другом на пристани Норт-Уолл, откуда уходили пароходы. Он пожелал ему доброго пути. Теперь Галлахер вышел в люди. Это сразу было видно. У него был вид человека, повидавшего мир, хорошо сшитый твидовый костюм и бесстрашный выговор.

Few fellows had talents like his. Even fewer could have such success and stay the same good fellow. Gallaher’s heart was in the right place, and he deserved to win. It was something to have a friend like that.

Мало у кого был такой талант, как у него. И ещё меньше тех, кто при таком успехе остался бы тем же славным малым. Сердце у Галлахера было на месте, и он заслужил победу. Это что-нибудь да значит — иметь такого друга.

Ever since lunchtime Little Chandler’s thoughts were on his meeting with Gallaher. He thought of Gallaher’s invitation and of the great city London where Gallaher lived. He was called Little Chandler because he looked like a little man. But in fact he was only a bit shorter than most men.

С самого обеда мысли Малыша Чандлера были о встрече с Галлахером. Он думал о приглашении Галлахера и о великом городе Лондоне, где Галлахер жил. Его звали Малыш Чандлер, потому что он выглядел маленьким человеком. Но на самом деле он был лишь немного ниже большинства мужчин.

His hands were white and small, his body was thin, his voice was quiet and his manners were gentle. He took the greatest care of his fair, silky hair and moustache. He put perfume on his handkerchief, but only a drop or two. The half-moons of his nails were perfect. When he smiled, you saw for a moment a row of childish white teeth.

Руки у него были белые и маленькие, сложение худощавое, голос тихий, а манеры мягкие. Он самым тщательным образом ухаживал за своими светлыми шелковистыми волосами и усами. Он душил платок духами, но лишь каплей-другой. Лунки его ногтей были безупречны. Когда он улыбался, на мгновение показывался ряд белых детских зубов.

As he sat at his desk in the King’s Inns, he thought of the changes that those eight years brought. In the old days he knew his friend as a poor man in worn clothes. Now that friend was a brilliant figure on the London Press.

Сидя за своим столом в Кингс-Иннс, он думал о переменах, которые принесли эти восемь лет. В прежние дни он знал своего друга бедняком в поношенной одежде. Теперь этот друг был блестящей фигурой в лондонской прессе.

He turned often from his boring writing to look out of the office window. The light of a late autumn sunset lay on the grass and the paths. It threw a kind golden dust over the untidy nurses and the weak old men. They were half asleep on the benches.

Он часто отрывался от своей скучной писанины и смотрел в окно конторы. Свет позднего осеннего заката лежал на траве и дорожках. Этот свет осыпал ласковой золотой пылью неопрятных нянек и немощных стариков. Старики дремали на скамейках.

The light danced on all the moving figures. It danced on the children who ran screaming along the paths, and on everyone who walked through the gardens.

Свет плясал на всех движущихся фигурах — на детях, которые с криком бегали по дорожкам, и на каждом, кто шёл через сад.

He watched the scene and thought of life. And (as always happened when he thought of life) he became sad. A gentle melancholy took hold of him. He felt how useless it was to fight against fortune. This was the heavy lesson that the past gave him.

Он смотрел на эту картину и думал о жизни. И (как всегда бывало, когда он думал о жизни) ему стало грустно. Им овладела тихая меланхолия. Он чувствовал, как бесполезно бороться с судьбой. Таков был тяжёлый урок, который дало ему прошлое.

He remembered the books of poetry on his shelves at home. He bought them in the days before he was married. On many evenings he sat in the small room off the hall. He wanted to take one down from the shelf and read something to his wife. But shyness always held him back, and so the books stayed on their shelves. Sometimes he said lines of poetry to himself, and this made him feel better.

Он вспомнил о книгах стихов у себя дома на полках. Он купил их в те дни, когда ещё не был женат. Не один вечер он сидел в небольшой комнате возле прихожей. Ему хотелось снять одну из книг с полки и прочесть что-нибудь жене. Но застенчивость всегда удерживала его, и потому книги так и оставались на своих полках. Иногда он повторял про себя строки стихов, и от этого ему становилось легче.